Kabanov

Два миллиона

С обеих сторон дороги появилось много стройных молодых деревьев, но заметно: некоторые из них уже подверглись подобной обработке. Кузьмин вздохнул: их судьба будет такой же.

Профессия давала знать, и он уже давно выяснил, почему пилят тополя – это обычное растаскивание бюджетных денег. Если бы хотели на самом деле уничтожить их из-за пуха, то просто спилили бы под корень. Одно было непонятно, почему никто из вышестоящего начальства не видит того, что государственные средства тратятся на никому ненужное дело? Неужели это трудно заметить?

Привыкший к единоначалию в своей системе подполковник не мог принять подобной анархии. Ему горько было смотреть на изуродованный парк в своем городе, но он и не думал бороться, так как прекрасно понимал: если деньги можно потратить так, то это всё равно произойдёт под каким-нибудь другим предлогом. И даже если все деревья спилят, то потом станут делать наоборот – ставить искусственные. Уже пару таких железных монстров Кузьмин видел. И это в городе, окруженном тайгой!

Те же тополя пилили и раньше, в советское время, для получения премии за выполнение плана. Спилить дерево недолго, зато можно написать, что произведена художественная обрезка. Теперь её стали называть санитарной. Действительно, художественным здесь не пахнет. Впрочем, санитарным – тоже.

Было заметно: центральная часть города изменилась к лучшему. Когда он был здесь в прошлый раз, некоторые старинные здания находились в плачевном состоянии. А теперь почти все они, отреставрированные, сияли свежими красками. Старую архитектуру легко можно было узнать по полукруглым сводам окон и причудливым узорам наличников и карнизов. Они притягивали взгляд своей оригинальностью на фоне прямых линий построек советского периода.

Вид центральной улицы делал этот небольшой сибирский город похожим на те, что образуют Золотое кольцо России. И здесь, за тысячи километров от Москвы, возникало ощущение единства огромной Родины, непрерывности её истории.

Свернув с главной улицы в переулок, вышли на параллельную улицу и остановились перед обитым белым сайдингом домом Марины. Предупреждённая накануне участковым она открыла калитку и жестом пригласила в дом. Пока шли по дорожке, Кузьмин успел рассмотреть грядки, кусты смородины и малины. Его удивляло отсутствие сорняков: их совсем не было. Одно время у него тоже был садовый участок – купил, чтобы можно было и от работы отвлечься, и какой-то прибавок получить. Они с женой сажали картошку, капусту, лук. Росла смородина, малина, черноплодная рябина, ирга, виктория. Даже огурцы и помидоры выращивал. Но как он ни старался, сорняки покрывали весь его огород.

Ровная дорожка к дому была выложена плиткой. Везде было чисто, всё покрашено. Можно же! Почему все так не делают?

Один знакомый Кузьмина рассказывал ему, как несколько лет жил в немецкой деревне в Казахстане:

– У меня окурков во дворе тоже не было. Забор, как у всех, – из сетки в металлической раме. Единственное, что мешало – это вьюнок, который заплетался в сетку. Весной его трудно было вытащить – он за зиму высыхал, поэтому крошился. Немцы просто не давали сорняку расти. Ну а мы по русской привычке откладывали на потом. Но я придумал, как с ним бороться. Весной паяльной лампой выжигал его прямо на заборе, а потом красил сетку. Так получалось быстрее.

Внутри дома Марины был тот же порядок, который вызывал приятное чувство уюта и покоя. Во всем была видна уверенная хозяйская рука.

На вопрос об Алексее Марина нахмурилась, начала говорить, что она виновата в его смерти: если бы они не поссорились, может, ничего бы не произошло. Подполковник, как мог, успокаивал, и, чтобы предотвратить её слёзы, поторопился с вопросами.

– Марина, а всё-таки, кто мог желать смерти Алексея?

– Я не знаю. Но что-то с ним произошло в последнее время. У нас была ссора, и даже не знаю, почему. Я пыталась вспомнить, может, чем-то обидела его, но ничего не вспомнила.

– А вы, пожалуйста, припомните весь тот день со всеми подробностями.

– Да ничего особенного не было. Мы посмотрели кино по телевизору и немного поспорили. Я сказала: так не бывает, а он говорил, что я не права – так бывает.

– А о чем конкретно шла речь?

– Там одному почти безработному инженеру, влюблённая в него бывшая одноклассница, предложила должность и большую зарплату. Она разбогатела, живёт в Америке, но ради него приехала в Россию. А у инженера – жена, дочь и почти нищета. Вначале он согласился изменить свою жизнь. Но победила любовь к жене, и он вернулся домой в семью. Фильм называется «Ты у меня одна». Алексей почему-то спорил со мной и как-то очень серьёзно. Видимо, я его чем-то обидела, поэтому мы долго не встречались. Я уже хотела просить прощения. Стала звонить ему, но он не отвечал на мои звонки. Я решила поехать к нему, но тут сообщили об этом убийстве.

Страниц: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21

Опубликовано в Проза, просмотров: 14 672, автор: Kabanov (111/177)

Один комментарий к “Два миллиона”

  • Kabanov:

    Этот рассказ из книги: Кабанов П.Г. Случай на реке: рассказы. – Барнаул: ИП Колмогоров И.А., 2016. – 252 с.
    Рассказы написаны в жанре классического детектива. Упорство, опыт и интуиция следователя по особо важным делам подполковника Кузьмина помогают ему раскрывать самые сложные преступления.


Добавить комментарий