Татьяна Ростовцева

Крым с Россией. Что дальше?

А.Н.Мусаков

Посвящается моему отцу
Николаю Ивановичу Мусакову-
инженеру и лауреату в
области оборонного судостроения.

Путинская Россия приросла Крымом, воссоединившись с ним за десять дней, которые, как когда-то, почти столетие назад, по определению американского писателя Джона Рида, «потрясли мир».
Что теперь, что дальше? Последние годы мы с социобиологических позиций прогнозировали дезинтеграцию Украины как прежде всего и почти исключительно эндогенный (происходящий по внутренней причине) процесс. Раскол, точнее, откол произошел: Украина осталась без Крыма. Дезинтеграция остановилась? Если процесс эндогенный, то и его остановка должна бы по логике иметь ту же природы, не так ли? Так, может быть, всё и пойдет дальше благостно для Украины в плане сохранения её обновленной территориальной целостности? Не было, дескать, у этой страны Северо-Запада, откуда и зачем быть Юго-Востоку? Пусть будет Запад и Восток. Нет? В этом нет, уверяем, ни грани кощунственной иронии, и вот, почему.
Незадолго до объявления правительством Януковича-Азарова курса на евроассоциацию украинскими социологами были проведены исследования умонастроений граждан этой страны по поводу их европейской или же евразийской ориентации. По сути, исследовалась альтернатива лозунгу «Украина – это Европа!». Почти за два года до новых президентских выборов 2015 года определиться с установкой большинства избирателей Украины прагматикам Януковичу и Азарову было явно потребно. Определились: пусть и не подавляющее, но всё же большинство граждан Украины возжелали считать себя европейцами, а не евразийцами. А как же членство в СНГ на руинах бывшей общей советской Батькивщины-Отчизны? Прошлое – в прошлом. А будущее Украины – это свободный (т.е. суверенный, незалежный) выбор её народа, по его, народа, хотенью и веленью. Могла ли такая статистика быть именно таковой без волеизъявления на основе сформировавшейся установки большинства восточных областей, а не только и не столько (по численному представительству в составе всей страны) областей Запада Украины? Нет, не могла! Теперь изымем из статистики голоса крымчан, и что получим? Еще более уверенное господство проевропейских умонастроений, а значит, в условиях предъявленного альтернативного выбора, отнюдь не пророссийских. Янукович не просто «повелся» на идею олигарха Фирташа подзаработать на угрозе ухода из-под властной длани России, проявив и продемонстрировав тем самым, неолиберальную, истинно еврократичную, дегенеративную природу современной украинской государственности. Лукавый прагматик, «двуликий Янук» восчувствовал и осознал власть желаний собственного электората (большей частью, в данном случае, именно восточного, а не юго-восточного, без крымчан). В этой электоральной ситуации, в её кажущейся новизне, сформировавшейся, наконец, за двадцатилетие незалежности, и есть внутренняя причина происходящего в Украине, а также того, что будет происходить в этой стране после откола Крыма. Как раз некогда преимущественно восточный электорат Януковича в условиях четко сформировавшейся за последние два года психологической установки и будет в ближайшей обозримой перспективе определять ход украинской политической истории. Куда? В Евросоюз! Американцы и германцы в противовес еврократам (ЕС) сделали всё необходимое и достаточное для того, чтобы несогласные с походом в Европу крымчане вернулись на родину – в Россию, напомнив устами Обамы, что нам это «дорого будет стоить».

Страниц: 1 2 3 4

Опубликовано в Проза, просмотров: 953, автор: Татьяна Ростовцева (11/11)

Один комментарий к “Крым с Россией. Что дальше?”

  • Kabanov:

    Один вопрос? Почему бандеровцев автор называет бендеровцами? Бандеровцы — это последователи Степана Бандеры — укаринского националиста, а бендеровцы — это жители города Бендеры в Молдавии.


Добавить комментарий